* * *
Суди меня, Боже Правый,
Закон Твой неоспорим,
Мне ль пред Тобою лукавить,
В глаза посылать дым.
Ты видишь, Ты все знаешь,
Тебя обмануть нельзя,
Любую Ты сеть расплетаешь,
Узлы лжи сплетает зря.
Суди меня, Боже Славы,
Приемлю любой приговор,
Склонюсь, как склоняются травы
На росный прибрежный простор.
Пусты возмущения, роптания,
И всплеск оправданий смешон;
Вьюсь до сих пор рептилией
Меж телом своим и душой.
Я пальцы по струнам отправлю,
Я песню от сердца спою:
«Славь Бога, — кого еще славить.
Он душу спасет твою».
ЖДУ
Ненастье. Ненастье —
Вербы поникли,
Они к этой позе,
Наверно, привыкли.
И куры покинуть
Не рвутся нашест,
Корова раскисла —
И зелень не ест.
С утра я упорно
Сижу у пруда,
С плаща потихоньку
Стекает вода.
А в банке насадка
Рыдает и плачет...
Нет клёва, обидно.
Ну где ты удача?
МЕЧТАТЬ НЕ ВРЕДНО
Говорят: мечтать не вредно.
Помечтал — и результат:
Стал миллионером бедный,
Щедрым стал, кто сверх богат;
Жмот женился на красотке,
И ее не тянет вспять,
Кто не видел и полсотки —
Отхватил гектаров пять.
Этот — вычислил комету,
И ее увидел след,
Этот ходит по паркету
Виллы той, которой нет...
Изобрел. Нашел. Составил.
Сочинил большой роман,
Человечеству оставил.
Гонорар не влез в карман.
Вирус злой исчез бесследно,
А ведь зла нанес нам тать...
И мечтать бывает вредно,
Если только лишь мечтать.
* * *
Золото, пурпур, багрянец
Выжег октябрь дотла.
Ветра порывистый танец,
Даль непроглядна, мутна.
Полдень бесцветен. Подзимка
Воздух тягучий, сырой,
И пролетают снежинки
Часто и редко порой.
Жизни тревожные будни,
Необъяснимые сны.
Вечного лета не будет,
Вечной не будет весны.
ТЫ НЕ ВИНОВАТА
Грех большой тебя винить —
Ты живешь на этом свете:
Надо крышу починить,
День рождения отметить,
Дырочки в носках сквозят,
За квартиру вздулась плата...
Нет, винить тебя нельзя,
Ты совсем не виновата.
Я обиду заглушу,
Я понять тебя сумею.
...Слушали весенний шум,
Да, бродили по аллеям.
Все прошло. Забот стена.
Бьешься щепкой у причала.
Это не твоя вина,
Что другого повстречала.
А по рельсам жизнь стучит.
Рыжий кот сидит на стуле.
Гарь от газовой печи,
И вода кипит в кастрюле.
* * *
По мертвому не надо плакать:
Ломает ураганом лес,
Болото сохнет, гаснет пламя,
Срывается звезда с небес,
Река теряется в пустыне,
Скисает лучшее вино,
И самый лучший взгляд остынет,
И материк уйдет на дно.
И пусть живущий строит планы,
Дома, кварталы, города...
По мертвому не надо плакать,
Слеза — соленая вода.
* * *
Тебе из бронзы памятник не выльют,
Не грянет выстрел средь Кавказских гор,
И пуля не пробьет тебя навылет,
И власти не отправят «за бугор».
Твои бумаги выбросят на мусор,
Коль в печке ни скукожатся дотла,
И сгинет быстро чахленькая муза
Среди обносков, тряпок и стекла.
Не огорчайся парень — все пустое,
Свое ты взял, своеотпировал,
Земля, ведь, не для вечного постоя,
А так себе — коротенький привал.
В гробу не мертвецу блистают розы,
При жизни пусть блестит
от счастья плешь.
Конечно, хорошо — болван из бронзы,
Из брынзы лучше, этого хоть съешь.
* * *
Солнца восход. Самоцветы росы.
Тикают тихо жизни часы.
Ветер взлетает готовый в полет.
Счастлив, кто верит, кто любит и ждет.
Радость надежды и чаша вина...
Юность ошибок-ушибов полна.
Тикают тихо часы на руке.
Небо в глазах милой, и на реке.
Пусть не коснётся истоптанный лёд
Тех, кто надеется, любит и ждет.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
1) "Красавица и Чудовище" 2002г. - Сергей Дегтярь Это первое признание в любви по поводу праздника 8 марта Ирине Григорьевой. Я её не знал, но влюбился в её образ. Я считал себя самым серым человеком, не стоящим даже мечтать о прекрасной красивой девушке, но, я постепенно набирался смелости. Будучи очень закомплексованным человеком, я считал, что не стою никакого внимания с её стороны. Кто я такой? Я считал себя ничего не значащим в жизни. Если у пятидесятников было серьёзное благоговейное отношение к вере в Бога, то у харизматов, к которым я примкнул, было лишь высокомерие и гордость в связи с занимаемым положением в Боге, так что они даже, казалось, кичились и выставлялись перед людьми показыванием своего высокомерия. Я чувствовал себя среди них, как изгой, как недоделанный. Они, казалось все были святыми в отличие от меня. Я же всегда был в трепете перед святым Богом и мне было чуждо видеть в церкви крутых без комплексов греховности людей. Ирина Григорьева хотя и была харизматичной, но скромность её была всем очевидна. Она не была похожа на других. Но, видимо, я ошибался и закрывал на это глаза. Я боялся подойти к красивой и умной девушке, поэтому я общался с ней только на бумаге. Так родилось моё первое признание в любви Ирине. Я надеялся, что обращу её внимание на себя, но, как показала в дальнейшем жизнь - я напрасно строил несбыточные надежды. Это была моя платоническая любовь.
